Когда звёзды зажигают

Eins

Hier kommt die Sonne

«Rammstein»¹

 

Эрнст Милло Хэм, независимый аудитор из Иллинории, одной из шестидесяти трёх планет Американского Союза, больше всего ненавидел впустую потраченное время, и поэтому текущий заказ, вынуждавший его мотаться по обитаемому космосу, раздражал неимоверно. Если бы не фантастический гонорар, он бы не взял анонимное дело, но… он несколько раз глубоко вздохнул (дыхательные практики способствуют восстановлению эмоционального равновесия) и снова занялся изучением бумаг, полученных в архиве Американского Кораблестроительного Концерна.

 

Техническое описание РЛА класса «Исследователь»

Разведывательный летательный аппарат (далее РЛА) предназначен для поиска и освоения неизвестных ранее космических объектов, их исследования, классификации и унификации с целью дальнейшего использования.

Тип двигателя: туннельный, сверхсветовой.

Тип покрытия: нанокомпозитная ЭВТИ с самовосстанавливающимся абляционным слоем.

Вместимость: внутренние помещения РЛА рассчитаны на 1 – 3 членов экипажа.

Оснащённость: стандартная.

 

Ничего из перечисленного не объясняло, как корабль мог пропасть во время плановой экспедиции? И как снова вернулся на радары, спустя шестнадцать общепланетарных лет, в нейтральном пространстве между Серой зоной и Поясом Сидхе?

- Всё ок, босс?

Незначимое общение с посторонними Хэм практически свёл к нулю, но очень сложно игнорировать человека, если ты заперт с ним в консервной банке на неопределённый срок.

- Я работаю, мистер Уоллес, - он снова прикрылся бумагами.

- Дэйв, дружище, просто Дэйв. В нашем положении не до церемоний. Если и попадёмся капам², то вместе, - он ослепительно улыбнулся.

- На панели мигает оранжевый диод. Короткий, длинный, короткий.  Это нормально, капитан? – Эрнст приблизительно ознакомился с руководством по управлению РЛА типа и помнил, что код «оранжевый» означал тревогу.

- Забейте, босс. Этому сигналу больше десятка лет. Он идёт из Пояса Сидхе. Там всё время кто-то терпит бедствие.

- Разве вы не должны помочь? – удивился он.

- То, что я должен, записано в Налоговой системе, а что не должен -  в Уголовной, -  отрезал Уоллес. - Ни за какие деньги не сунусь в систему к хищнику, ищите дурака в другом месте!

Хэм снова глубоко вздохнул. «Дэйв Фостер Уоллес, пилот первой квалификации, полётный стаж – 15 общепланетарных лет, имеет погашенную судимость за перевозку незарегистрированного груза, разрешение на полёты в нейтральном пространстве выдано на 99 общепланетарных лет. Женат, пятеро официально признанных детей. Интеллект выше среднего, осторожен, труслив, любит деньги. Данная комбинация качеств делает идеальным пилотом для полётов в Серую зону».   А ещё болтлив, надоедлив и имеет пристрастие к тупым шуткам, но об этом досье, полученное от заказчика, умалчивало. В любом случае, Уоллес оказался единственным, кто согласился отвезти его, поэтому приходилось терпеть.

- Что вздыхаете, босс? Нервишки шалят? Страшно, наверное, лететь к чёрту в ухо? – Дэйв подмигнул. – Всё будет нормально, старина Дэйв умеет улаживать проблемки, когда так хорошо платят.

- Вот именно, мистер Уоллес, - отрезал Хэм. – Время – деньги. Как долго ещё лететь?

- Скоро будем, - пилот откинулся в кресле и сладко потянулся. – Как раз успеете пройти инструктаж.

- Инструктаж? – переспросил удивлённо Хэм.

- Ага, вы ж любите всё такое, чтоб гладенько, по бумажке. Сейчас я быстренько раскидаю, что кого, но правило первое: вы молчите, я говорю, иначе – скеда³ обоим. Ясно?

Хэм кивнул и посмотрел на Уоллеса внимательно. Услышать такое от него было неожиданно. Возможно, заказчик действительно выбрал лучшего для этой работы.

- Вы что-то вообще знаете про Серую зону?

- Это зона отчуждения, представляющая совокупность космических объектов различной этиологии, являющаяся постоянным местом пребывания преступников и нелегалов всех пяти общепланетарных союзов, располагающаяся на границе обитаемого пространства…

Эрнст принялся цитировать статью, найденную в сети, но Уоллес скривился:

- Забудьте, босс. Единая система информирования, Единая система регулирования, Единая система охренирования – это всё фигня из-под коня в Серой зоне. Там не любят ИИ и тех, кто его использует. Они живут по другим законам, очень … архаичным, на первый взгляд. Все торгуют всем. Тело, жизнь, информацию, собственность можно продать, если докажешь, что это твоё. Никто никому ничего не должен, но сделка, если она заключена, обязательно доводится до конца без изменений или отмены. Выше всего – деньги, но превыше денег – честь. Что-то хотите спросить?

- Куда именно вы планируете посадить корабль, если мир настолько архаичен?

Дэйв пожал плечами:

- Ну, не настолько, не утрируйте. Они вполне умеют пользоваться и современными средствами передвижения. Если ваш потеряшка и правда прилетел в Серую зону, он начал оттуда. А дальше – посмотрим по обстоятельствам. Ещё вопросы?

- Если вы не возражаете, капитан, я продолжу чтение.

- Без проблем, дружище, - Уоллес отвернулся к пульту управления. – Может немного потрясти, выходим на околопланетную орбиту.

Ощущая накатившую дурноту, Хэм пытался пробраться через обтекаемые формулировки анкеты пилота пропавшего корабля: имя, возраст, полётный стаж, квалификация, но буквы плыли перед глазами. Он потёр переносицу и зажмурился.

- Вот и всё, босс! – Уоллес радостно взмахнул рукой. – Приехали!

- Это прекрасные новости, - проворчал Хэм. – Надеюсь, здесь не тянут с досмотром.

В ответ пилот лишь расхохотался. Когда они вышли, стало понятно, почему. На сером бетонном поле не было никого, лишь в отдалении виднелись другие корабли.

- Ни контроля, ни учёта, ни регистрации, - Уоллес развёл руками. – Полнейшая свобода. Добро пожаловать в Серую зону! Мне нужно разгрузиться, погуляйте пока, дружище.

Эрнст смотрел на небо, удивительно синее, на облака, и пытался представить, что же он будет делать, когда, наконец, выполнит заказ. «Как же хорошо, если никого нет. А может, купить себе планетоид? В Поясе Сидхе наверняка получится подобрать что-то такое же: много неба, много воздуха, мало, а лучше совсем нет людей. С детства родители твердили, что бездельничать стыдно, тратить время – глупо, а скучать – некогда. Нужно двигаться вперёд, покорять вершины, осваивать новые горизонты, и он двигался, осваивал и покорял, как тот самый РЛА последней модели, пока не достиг всего, чего мог достичь

- Можем двигать! – Уоллес окликнул его из кабины нагруженного перевозчика. – До полиса рукой подать, пока осмотритесь, мы уже будем у Гомера.

- Кто это? – равнодушно поинтересовался Эрнст, продолжая думать о своём.

- Офеня⁴.

Понятнее не стало, И Эрнст полез за планшетом.

- Тю, здесь это бесполезно, босс. Если вы и увидите в Серой зоне сеть, то рыболовную, - Уоллес взял у него бесполезную игрушку и сунул обратно в карман. – Лучше оставить внутри, конечно, но уж если взяли, просто никому не показывайте.

- А если я захочу что-то записать? – спросил растерянно Эрнст.

- Запомните, это будет полезнее  для мозга и безопаснее для жизни. Местные не любят цифровой след. Как вы сказали, босс? Время – деньги? Давайте не будем терять ни то, ни другое, люди ждут шивар⁵, и это не такие люди, которые любят ждать.

Эрнст забрался на свободное сиденье рядом с  пилотом и повторил его жест:

- Поехали!

Дорога, серая узкая колея, и правда быстро привела к городу. Эрнст старался не крутить головой, чтоб не выдать интереса, но такого он никогда не видел: одно и двухэтажные дома из дерева или камня, растения около них, сзади, даже просто посреди улиц. Чумазые ребятишки, игравшие прямо на земле, смотрели на чужаков внимательно, но не прятались, а взрослых не было видно, только слышались где-то гортанные женские голоса. По каменному покрытию перевозчик поехал быстрее, мимо мелькали дома выше, появились колонны, арки, засверкало стекло. Наконец, они остановились у длинного серого здания, похожего на склад, и Уоллес спрыгнул, прошёлся туда-сюда, разминаясь.

- Вот мы и на месте, босс. Вам лучше подождать, пока я улажу свои дела, а потом вместе поболтаем с Гомером.

- Не доверяете, Уоллес?

- Нет, просто я не получил вторую половину, - пилот снова широко улыбнулся, - А значит, обязан вас доставить целым и невредимым, иначе плакали мои денежки.

Хэму оставалось лишь вздыхать: «Терпение – добродетель»,  - как говорил отец.

- Давайте помогу, - неожиданно для самого себя предложил он. – Вместе мы справимся быстрее.

Уолллес несколько секунд смотрел оценивающе, а потом протянул первую коробку:

- Осторожнее, они  тяжёлые.

Хэм крякнул, но удержал груз:

- Что там у вас, взрывчатка?

- Всего кое-какая начинка для лодок, немного железа и прочая ерунда для удочек.

- Удочек? – Хэм снова переспросил, хотя чувствовать себя дураком раздражало не меньше траты времени.

- Здесь многие рыбачат, море рядом, а свежая рыба – всегда вкусно. Вы когда-нибудь пробовали?

- Ловить рыбу или есть? – съехидничал Хэм. – Есть – конечно же, а вот ловить – увольте. Абсолютно бесполезное занятие.

- За псалугой⁶ приезжай к нам!

Оба, и Хэм, и Уоллес, повернулись на голос.

В проёме двери, подсвеченный полуденным солнцем, маячил чёрный силуэт.

- Гомер! Старый ты раскосчик⁷! Чего подкрадываешься?

- Да слышу – шумят. Вышел проверить, кто здесь. Оказалось, свои. Кчон кутот лох, мусленик?⁸ – Гомер кивнул в сторону Эрнста.

- Хлябыш сармак прилешник, пуляти нозвати, шилати шибрые сары⁹.

- Господа? – повысил голос Хэм.

Ему совсем не понравилось, как болтают пилот и зловещий старик с чёрной повязкой на глазу.

- Конечно, дружище! Прошу прощения! Мы давно не виделись, - Уоллес примирительно развёл руками. – Ты нас в хаз¹⁰ позовёшь или тут стоять будем?

Гомер скривил рот на бок:

- Прошу! Друг моего друга – мой друг. Вы голодны? Бакалярос на углях, молодое вино, сыр – чем богаты, тем и рады.

Хэм уже открыл рот, чтобы отказаться, но пилот его опередил:

- Без хлеба куска везде тоска! У меня уже брюхо сводит от консервов и переработанной воды, - понизив голос, он добавил. - Не отказывайтесь от угощения, если хотите вести с офеней дела.

Молчаливая женщина с седыми волосами, забранными в высокий пучок, быстро расставляла на столе блюдо с обугленной рыбой, наверное, бакаляросом, тарелки с белым ноздреватым сыром, миски с округлыми фиолетовыми плодами, почему-то плавающими в воде, свежими помидорами и пучками зелени. Хлеб, серый, мягкий даже на вид, пах так, что от голода у Эрнста закружилась голова. Последним служанка принесла узкогорлый кувшин и разлила по глиняным стаканам что-то пахнущее кислым и фруктовым одновременно.

- Хайре¹¹! – хозяин поднял стакан, поднёс его сначала к мясистому носу, потом к единственному глазу и сделал глоток, после чего зажмурился и принялся накладывать еду.

Хэм тоже пригубил, но сморщился: жидкость была непривычной, слишком концентрированной, пощипывала язык.

- Попробуйте маслины, - Уоллес кивнул на фиолетовые плоды. – Вы нигде таких не найдёте. Если б мог их увезти, озолотел бы, но, увы, они не хранятся, так что приходится лишь мечтать.

- Итак, что привело вас к нам, люсть¹²? – Старик склонил голову.

- Меня зовут …, - начал Хэм, но Гомер в ужасе замахал руками.

- Мне не нужно имя, я не хочу его продавать и не смогу ничего на него купить. Человек, которому я доверяю, - он кивнул в сторону пилота. - Сказал, что вы ищите информацию и платите настоящую цену. Покажите, что у вас есть?

У Эрнста внезапно и резко заболела голова. «Никогда, - поклялся он в очередной раз.  - Никогда больше я не возьмусь за работу в условиях строгой анонимности. Чтоб вот так, без имени заказчика, без маршрутного листа отправиться в логово контрабандистов, перевозить непонятные, возможно, нелицензированные грузы! Я себя не на помойке нашёл!». Молча, он достал из кармана футляр, молча, протянул Гомеру.

- Что это? – тот подозрительно нахмурился.

- Понятия не имею, - признался Эрнст. – Мой клиент немногословен и осторожен. Когда я сообщил, что сведения находятся в Серой зоне, получил посылку и записку: отдать первому потребовавшему. А это вы.

- Интересно, - старик хмыкнул. – Осторожность в нашем деле не повредит, я, как видите, не всегда её проявлял, и остался без глаза, но это давняя история.

Он открыл коробку, покачал головой, потом закрыл, посидел несколько минут неподвижно. Эрнст так и не смог прочитать странное выражение лица Гомера, а Уоллес, от любопытства зашмыгавший носом, не выдержал:

- Что вид?¹³

- Вербух¹⁴ - коротко бросил Гомер и повернулся к Хэму.- Это шибрая пула¹⁵, спрашивайте.

- Моего нанимателя интересует судьба одного корабля, который исчез шестнадцать лет назад, но недавно снова появился в окрестностях Серой зоны.

- Я не строю плюты¹⁶, - старик покачал головой.  – И не псалужу¹⁷.

- Без мастыры не подъюхлишь и псалугу из дрябана¹⁸ - рассмеялся Уоллес.

Старик кинул на него быстрый взгляд:

- Чон севрат¹⁹?

Пилот поднял голову, разглядывая высокий потолок и принялся что-то насвистывать.

- То есть вы ничего не знаете? – нахмурился Хэм.

- Спросите о другом, - Гомер снова сделал глоток вина. – И зачем вашему хозяину корабль? Он офеня?

- Заказчик очень дорожит репутацией. Пропажа корабля – нежелательный, но возможный риск в его работе, заложенный изначально в общую стоимость, но вот внезапное и чудесное возвращение из ниоткуда, тем более, возвращение в непосредственной близости к территории контрабандистов, ставит под угрозу текущие деловые контракты. Да и вообще всю мировою экономику! Представьте, что, помимо официальных корпораций, отвечающих за проектирование и конструирование РЛА, возникнет чёрный рынок? А если он уже существует, и пиратские копии кораблей – лишь дело времени? Это означает не просто передел сфер влияния, но и огромнейшую утечку ресурсов, технологий, кадров, либо появление на международной арене неизвестного игрока, не относящегося ни к планетарным союзам, ни к вам. То есть произойти могло, что угодно, от возвращения сидхе до появления Серой империи.

Некоторое время все сидели, молча, переваривая сказанное Хэмом, а потом пилот поднялся, потянулся и налил себе ещё вина:

- Раззечи чому²⁰, Гомер. Как говорится, валяй, но только не в трусы. Я пока соберу своё.

Он допил и с шумом опустил стакан на стол, повернулся и вышел.

Гомер внимательно посмотрел ему вслед, вздохнул:

- Несколько лет назад сюда действительно занесло кое-кого с вашего конца Ойкумены. Он совсем ничего не понимал в жизни, пришлось помочь. В благодарность он оставил мне летательную штуку. Не то что бы она была мне нужна, но парень приглянулся нашей фетячке²¹, и я согласился.

- Вы можете назвать имя? – Хэм подобрался, почуяв, наконец-то, важное.

- Я забыл, - старик смотрел слишком честно и простодушно. – Сразу стал звать фетяком²².

- Ну, хотя бы что-то помните? Возраст? Рост? Цвет кожи?

- Да, какое там, я ж слепой! – он показал на повязку.

Хэм выпрямился и несколько раз глубоко вздохнул. Хитрец явно взнал больше, чем рассказывал.

- Хорошо, Гомер, могу ли я посмотреть, что оставил вам зять?

Старик прищурился:

- Нет её. Сбондили²³ ещё зимой.

- Вы знаете вора? – переспросил Хэм, уже не надеясь на правду.

- Конечно. Соседский парнишка уякутил²⁴ куда-то. Пастух разозлился, конечно, но заплатил. Пришлось ему искать нового подпаска.

- Ладно, - Эрнст потёр виски. - То есть корабль угнал мальчишка-пастух? И кто его научил пилотированию? Овцы?

Гомер возмущённо сдвинул брови:

- Да вы знаете, какие у нас овечки? Золотые просто!

- Да-да, - Хэм кивал, как болванчик. – Но давайте уже вернёмся к нашим баранам!

Оба уставились друг на друга не мигая.

- Гомер, я думаю, вы меня дурите, как последнего ло-ха²⁵, - вздохнул Хэм, по слогам произнося подслушанное слово. – Рассказываете какие-то байки о кораблях, пастухах, овцах, путаетесь, тратите время, а я очень не люблю, когда тратят моё время!

На крик из глубины дома вышла женщина, несколько мгновений постояла и скрылась снова.

- Зачем же ругаться? – старик примирительно выставил руки. – Я чту шилг²⁶, отвечаю на вопросы, а вы кричите, пугаете склавыжку²⁷. Нехорошо для люстя, очень нехорошо.

«Манипуляции ложным чувством вины, - оценил мастерство собеседника Хэм. – Следуют за подменой понятий и предшествуют газлайтингу. Значит, я на верном пути».

- Может, отдохнёте с дороги?

- Да, - подыграл Хэм. – Вымотался с этим заказом. Вообще не представляю, куда теперь. И что скажу клиенту?

- А вы ничего не говорите. Был кораблик и сплыл, а больше не всплывёт. Парнишка наш, пусть и дурак дураком, но головастый, в управлении разобрался сходу, даже поймал какой-то сигнал, - Гомер хмыкнул. – Все мы были молодыми, хотели подвигов, славы, подержаться за женские обнятки²⁸, чтоб красавицы любили, чтоб шивару завидовали. Понимаете?

- Вот теперь мне всё абсолютно ясно, - медленно кивнул Хэм и поднялся. – Спасибо за информацию, Гомер. Мне пора. Не подскажете, где найти вашего…мусленика? – он запнулся, подбирая нужное слово.

- Кто ищет, тот всегда найдёт! - провозгласил появившийся на пороге Уоллес. – Как дела, босс?

- Дела идут, Дэйв, как и время. Я закончил.

- И я, дружище, и я. Возвращаемся? Как вы говорите? Время – деньги?

- Да, время – деньги, - повторил Хэм.

Гомер улыбался, не скрывая облегчения:

- Кчон не мастырит – тот не бряет²⁹. До скорой встречи, мусленик!

Дэйв помахал рукой уже с высоты сидения перевозчика и  завёл мотор. Обратно ехали, молча, каждому было, о чём подумать.

 

- Я высажу вас на ближайшем транзите, босс, как мы и договаривались, - пилот заговорил снова только на корабле.

- Конечно, Уоллес, тогда получите вторую часть гонорара, - подтвердил Хэм. – Напомните, пожалуйста, откуда именно шёл код «оранжевый»?

- Оно вам надо, дружище? – Уоллес смотрел не мигая.

- Вы хороший пилот, Дэйв, а я хороший аудитор. Люди платят нам деньги, а взамен ждут выполненную услугу. Понимаете, о чём я?

- Да, - он вздохнул. - Выше всего – деньги, превыше денег – честь.

- Звучит архаично, - согласился Хэм, - Но не поспоришь.

- Ксанаду, - пилот отвернулся к экрану, проверяя что-то. Сигнал бедствия шёл с Ксанаду.

- Спасибо, Дэйв, - поблагодарил Хэм и принялся искать информацию о планете.

 

Посетите Ксанаду – окажитесь в саду удовольствий! Почувствуй силу сидхе! Окунись в источник вечной жизни! Фонтан наслаждений как образ жизни – доступно каждому!

 

Рекламные проспекты манили соблазнительными лозунгами и яркими картинками, но энциклопедия космических объектов содержала иные сведения.

 

Ксанаду – искусственная планета земного типа, входящая в Пояс сидхе и вращающаяся вокруг ИИ-звезды класса «хищник». Предположительно, создана цивилизацией сидхе, ныне исчезнувшей, как место отдыха и развлечений гаремного типа. Население не превышает 100 000 жителей, на 8 женщин приходится 2 мужчины. Форма правления – монархия, династия Платт. Уровень технологического развития – выше среднего. Климат умеренно-тёплый, соответствует земным субтропикам. Атмосфера земного типа, пригодна для дыхания. Биосфера отличается своеобразной избирательностью: полностью отсутствуют вредоносные бактерии, вирусы, грибы, хищники. Особое кварц-ионное поле уничтожает угрозы извне.

 

- Ну, что, босс, придумали, чем займётесь, когда прилетим? – пилот говорил весело, но в голосе слышалась озабоченность.

- Знаете, Дэйв, вы правы, нужно взять тайм-аут, отдохнуть, всё обдумать. Может, позагораю где-нибудь. Попробую порыбачить, - Хэм мечтательно улыбнулся и прикрыл глаза, наблюдая, как облегчение сменяет тревогу на лице собеседника. – Спасибо!

Он был искренне благодарен пилоту. Хэм понял, куда полетел пропавший корабль, и зачем, осталось придумать, как вернуть его настоящему владельцу.

 

Имя: Эрнст Милло Хэм

Дата рождения и возраст: 3899 год, 42 общепринятых цикла.

Место рождения: Иллинория, Планетарный Американский Союз.

Место отправления: транзитный планетоид Поллукс, Планетарный Европейский Союз.

Род деятельности: независимый аудитор

Место прибытия: планета Ксанаду, Пояс Сидхе.

Цель визита: туристическая поездка.

Служащий транзитного планетоида ещё раз посмотрел на него, а потом на экран.

- Прошу прощения, мистер … Хэм, - он запнулся. – При оформлении возникли некоторые трудности, возможно, неполадки в системе. Пройдите в зону ожидания, вас пригласят к стойке регистрации.

- Я не понимаю, - Эрнст вскинул брови. – Билеты забронированы, оплачены. Рейс отменён?

- Пройдите в зону ожидания,  - повторил служащий равнодушно. – Вам сообщат дополнительную информацию позже.

Ругаясь про себя, Хэм отошёл от стойки регистрации и открыл ленту новостей. «Ксанаду» оказался третьим по популярности запросом: «Срочная эвакуация населения», «Угроза взрыва», «Код «красный» объявлен в Поясе Сидхе». Нужно снова менять стратегию, и Хэм знал, кто способен помочь.

 

Дэйв Уоллес оказался именно там, где Эрнст оставил его несколько часов назад: в арендованном доке на краю космопорта.

- Дружище? – пилот вопросительно вскинул брови. – Что-то забыли?

- Забыл, - подтвердил он. – За сколько вы согласитесь слетать на Ксанаду?

Уоллес вздохнул и молчал так долго, что Хэм забеспокоился, но вскоре заговорил. Некоторые идиомы запомнились со студенческих времён, о содержании каких-то догадался интуитивно, что-то оказалось знакомым по рабочим случаям, но была парочка, которых он не слышал никогда.

- Браво, капитан! Теперь я понимаю, почему говорят, «ругается, как матрос». – Он достал из кармана планшет. – Столько устроит?

Пилот посмотрел на экран, его глаза округлились, на секунду Хэму показалось, что он вот-вот согласится.

- Я пас. Эрнст, ты лезешь в пасть хищнику.

- Столько? – Хэм добавил ноль.

- Нет, - Уоллес отвернулся. – И корабль, и мальчишка мертвы, ты ничего не добьёшься, если, конечно, не мечтал окончить дни в топке сумасшедшей звезды. Лучше напиши ещё один отчёт и улетай, как хотел, в отпуск.

- Ты просто трус, Дэйв. Мне тебя жалко, - Хэм сжал кулаки. – Сначала потерял корабль, теперь возможность всё исправить. Ты вообще помнишь, кем был?

- Это ты дурак, аудитор. Я нашёл себя, и вот теперь мне наконец-то есть, что терять: жизнь, семью, рыбалку. Жаль, что ты этого не понимаешь. Хайре!

Он нырнул в открытый люк корабля, а Хэм ещё долго стоял возле дока, обдумывая сложившуюся ситуацию. «Никогда, - повторил Эрнст. Ни за что и никогда не возьму анонимный заказ». На планшете мелькнуло оповещение: «Ваш рейс отменён. Перенос невозможен. Для возврата денежных средств заполните соответствующую форму». Он смахнул плашку, и тут же выскочило следующее: «Принеси пользу обществу! Вступи в ряды добровольцев!»

Машинально Хэм открыл страничку космопорта, чтобы оформить возврат,  но табличка не походила на стандартную форму: имя, возраст, группа здоровья, специальность, варианты помощи. Он вчитался в шапку: «Срочно набираем команду добровольцев для работы с эвакуированными беженцами с искусственной планеты Ксанаду. Триггеры: потеря близких, ПТСР, локальная катастрофа, бездействие правительства».

- Что умеешь, за плечами не носить, - он улыбнулся, вспомнив любимую мамину поговорку. – Не зря я закончил курсы психотерапевтов.

К тому времени, как он добрался до зал ожидания, заявку рассмотрели. Его приняли и зачислили внештатным психологом на один из трёх кораблей-спасателей.

- Отправление завтра, мистер Хэм, - девушка за стойкой улыбнулась. – Также вы получаете бонус от космопорта – номер в гостинице за наш счёт, разумеется. – Это очень благородно – помогать людям!

Эрнст улыбнулся в ответ и покинул надоевшее здание. Предстояло выспаться и написать отчёт заказчику. Он вспомнил мерзкое пророчество Уоллеса и отогнал мысли об обновлении данных завещания. «Я доведу дело до конца! Возможно, и правда стоит научиться рыбачить. По крайней мере, свежая рыба куда вкуснее всего, что я пробовал до этого».

 

Время на корабле-спасателе тянулось бесконечно. Сон в гибернации заменили тренинги, ролевые игры, модели, кейсы. Сигнал общего сбора прозвучал как раз в середине отработки очередной чрезвычайной ситуации.

- Говорит капитан корабля. Через несколько минут корабль окажется в поле действия звезды типа «хищник» причин для беспокойства нет, масса слишком велика, чтобы попасть в карман притяжения. Некоторые из вас могут испытать дискомфорт: чувство тревожности, головокружение, боль в висках, который является следствием сканирования искусственного интеллекта звезды. Для наиболее комфортного проживания ситуации рекомендую всем занять места в каютах и не покидать их до следующего объявления.

Люди, уставшие от тренировок, разошлись. Через некоторое время Эрнст почувствовал холодный зуд в затылке, словно что-то чуждое  пыталось проникнуть в мозг. «Вот чего боялся Уоллес. Действительно, наделить спутник саморазвивающимся искусственным интеллектом было безумием. На такое способны только сидхе. Не удивительно, что предоставленное само себе солнце сошло с ума и начало охотиться на корабли», - он внезапно почувствовал резь в глазах, а очнулся от того, что по губам текло теплое и солёное: кровь.

- Эй, парень, ты в норме?  - сосед по каюте смотрел с опасением.

- Всё в порядке, - Хэм отвернулся, так и не сказав, что за мгновение до того, как потерять сознание, услышал в голове голос: «Сам ты сошёл с ума! И сам охотишься на людей!»

Следующего объявления не было ни вечером, ни утром, ни в обед, как и учений. Люди нервничали, пытаясь понять, что происходит. Хэм листал новости, но в сети ответов тоже не было, только вопросы.

- Внимание, экипаж и пассажиры корабля! Говорит капитан. Довожу до вашего сведения, что чрезвычайное положение на планете Ксанаду … отменено, - голос дрогнул, но продолжил. – Благодарю каждого из вас за оказанное содействие. Вы будете доставлены на Поллукс в установленный срок.

Некоторое время все молчали, а потом заговорили разом. Хэм сбежал в каюту от шума, чтобы подумать. «Итак, я почти у цели. До Ксанаду – рукой подать, осталось лишь понять, как добраться. Можно подать официальную заявку, показать документы, но сейчас и так кругом хаос, люди ищут ответы, придётся действовать иначе». Хэм поморщился: Единая система слежения очень строго карала любые нарушения, но выбор невелик: либо угнать челнок, либо заплатить тому, кто угонит за него, либо просто попросить своё.

- Сэр, - Хэм сумел найти офицера, отвечающего за транспортировку грузов. – Моё имя Эрнст Хэм.

- Вижу, - офицер отвечал, не отрываясь от рабочего планшета. – Я не уполномочен давать комментарии.

- Дело в другом. За несколько часов до объявления кода «красный» я приобрёл билет на Ксанаду и не успел его аннулировать.

- Мы не занимаемся отменой, заполните соответствующую форму, - он продолжил печатать.

- Я не хочу ничего отменять! – воскликнул Эрнст. – Мне всего лишь нужно попасть на Ксанаду.

Офицер, наконец, поднял глаза, посмотрел на него, перевёл взгляд на билет и снова опустил голову.

- Ничем не могу вам помочь, мистер Хэм.

Тут в голове Эрнста будто мелькнула молния:

- Поймите, офицер, это не просто причуда. Меня там ждёт… женщина, - он не смог бы никому объяснить, зачем соврал, но именно ложь подействовала.

- Давайте сюда билет, - грубовато ответил офицер. – Я попробую что-то сделать, но не обещаю!

Вечером на планшет пришло сообщение: «Отправление от 9 шлюза в 8 утра по корабельному времени», и Хэм понял, что всё получилось.

 

Планета казалась крошкой на антрацитовом блюде космоса, а лохматое солнце, недобро подмигивало Хэму, напоминая о чём-то забытом. Челнок встречали трое мужчин.

- Мы рады приветствовать вас, господин Эрнст Милло Хэм, независимый аудитор из Иллинории, в столице государства Ксанаду, Аборе, - поизнёс стоящий в центре, сложив морщинистые руки в церемониальном приветствии. - Я канцлер Платт. Мы ждали реакции от планетарных союзов, но вы прибыли удивительно быстро. Её величество королева Сильвея ждёт в Золотом дворце. Прошу!

Старики медленно и с достоинством двинулись вперёд, а Хэму оставалось лишь следовать за ними к неизвестному летательному аппарату в виде огромной прозрачной капли, уложенной на бок.

Абора утопала в тумане, как в боа из перьев, лишь кое-где мелькали зелёные кудри деревьев, и неспешно текла сквозь город серебряная стрела реки.

- Воды Альфа текут с востока на запад, следуя за солнцем, - снова заговорил сопровождающий, проследив за взглядом Эрнста.

- Вы сказали, что ждали меня. Почему, канцлер? - Хэм сразу перешёл к делу.

- Река знает путь, поэтому ей не за чем торопиться, - ответил Платт. - Мы всего лишь люди, но учимся мудрости у тех, кто лучше нас. Всему своё время, вопросам и ответам тоже, господин  Хэм.

Эрнст кивнул, соглашаясь.  Туман рассеялся, небо заиграло розовым в свете заката, а вдалеке засияли узкие башни с волнообразными крышами: дворец назвали золотым не просто так. Он стоял на вершине пологой горы в центре квадратной площади, окружённой невысокой каменной стеной.

- Добро пожаловать, господин! - канцлер и другие министры поклонились. - Вас проводят в покои, где можно освежиться.

Эрнста передали молчаливому слуге, не такому старому, но такому же миниатюрному: все встреченные жители Ксанаду едва достигали его плеч, Они долго шли полутёмными коридорами, пустынными и тихими, когда Хэм решился нарушить молчание:

- Здесь всегда так безлюдно?

Слуга, то ли не услышал,  то ли не захотел отвечать, лишь прибавил шаг, пока не оказался возле двустворчатых дверей. Он, молча, открыл их, поклонился и исчез, оставив Эрнста в одиночестве.

- Надеюсь, королева окажется более разговорчивой, - Хэм покачал головой и принялся разбирать вещи.

Но надеждам не суждено было сбыться. Вечером принесли ужин, безумно вкусный, но никто не отвечал на вопросы. Утром слуга оставил завтрак, исчезнув, как призрак, в полутьме коридоров. Эрнст вышел прогуляться, но быстро заблудился в бесконечных арках и переходах, пока не вышел в круглый внутренний двор, где росли ккрошечные деревца, усеянные оранжевыми плодами. В центре площади лежала зеркальная чаша искусственного пруда, гладь которого разбивал лишь бормочущий фонтан. Брызги разлетались, пугая недовольных толстощёких рыбин в броне серебряной чешуи.  Белый мостик, застыл в воздухе, будто узор инея на стекле, соединяя балкон и пруд. Он казался таким хрупким, что страшно было коснуться резьбы ладонью, не то что наступить на него. Именно там Хэма нашёл слуга и провёл в покои, не говоря ни слова.

На третий день его ждал обед с канцлером Платтом, такой же вкусный, как и вся еда на Ксанаду, и такой же бессмысленный.

- Почему ваше имя Платт? - от скуки Хэм злился.

- Когда мы приходим на службу к государю, личное становится бессмысленным. Я отказался от собственного имени, и взял его, потому что перестал принадлежать себе и начал - ему, - спокойно объяснил канцлер.

- Давно вы служите королеве Сильвее?

- Государыня выросла у меня на руках, - старик улыбнулся. - Но присягал я её отцу.

Хэм вздохнул, заставляя выслушивать церемониальный бред.

- Почему королева отказывается меня принять?

Платт покачал головой:

- Её величество не принадлежит себе, она принадлежит Ксанаду. И сейчас обязанности заставляют быть её в другом месте. Вам известно, что пережил наш народ.

- Представьте себе, канцлер, нет, - Эрнст язвительно усмехнулся.  ‐ Мы летели на помощь гибнущей цивилизации, а потом конец света отменили, и никаких подробностей.

Канцлер грел морщинистые руки о фарфоровую чашку, над которой поднимался едва заметный дымок: здесь все и всегда пили чай, терпкий и жёлтый, который называли почему-то зелёным.

- Вы не пьёте, господин? - Платт наклонил голову и стал похож на любопытную черепаху, высунувшуюся из панциря.

- Я люблю кофе, - буркнул Эрнст. - И не люблю терять время. А вместо этого торчу здесь, пытаясь добиться аудиенции неуловимой королевы. Я вообще сомневаюсь, существует ли она, или это лишь видения во сне!

Канцлер рассмеялся:

- Многие знания, многие печали, господин Хэм. Вы как дитя, тянетесь к ножу, не понимая, насколько остро его лезвие. Допивайте чай, ждите, и обрящите.

- Терпение - добродетель, - поморщился Хэм, одним глотком вливая в себя остывший напиток.

- Золотые слова! - восхитился канцлер.

- Так всегда говорил отец, - пояснил Эрнст.

- Он мудр и многое вложил в вас, аудитор. Сейчас мы расстанемся, но ожидание встречи наполняет меня радостью.

Канцлер вышел, Хэм проводил его до дверей, но успел заметить, как колыхнулись портьеры у дальней стены, словно там кто-то прятался. А на прикроватном столике его ждал сюрприз – книга в вычурном переплёте.

“Личный дневник королевы Сильвеи” - гласила надпись на форзаце.

- Час от часу не легче! - воскликнул Хэм. - Сначала я жду аудиенции, а потом мне подкидывают персональные данные королевской особы, за ознакомление с которыми я вполне могу отправиться в тюрьму на добрый десяток лет! С другой стороны - здесь нет ЕСН, так чего я боюсь? Призрака из машины?

Он решительно открыл первую страницу и углубился в чтение.

 

Ксанаду умирает.

Наше солнце, искуственное, как всё здесь, крошечное, вот-вот погаснет. Вечно лишь созданное природой, мы - прихоть сидхе - были обречены, как обречена теплица, полная диковинных цветов и птиц, если за ней не ухаживать. Простым людям в утешение дана вера, но я, с рождения несущая бремя рода Платтов, знаю правду: мы были искусственно созданы разумом, превосходящим все границы известного. Имя его - сидхе, но это человеческое название в честь давным-давно канувших в прошлое созданий из древних легенд. Они, освоившие космос тысячи и тысячи лет назад, могли гасить и зажигать солнца, губить миры и создавать себе подобных, покинули нас, когда им стало скучно, позабыв свои игрушки, как дети бросают кукол и кубики прямо на улице, и бегут дальше, завороженные полётом бабочки.

   Наши мужчины малы ростом и слабы физически, из двадцати младенцев рождается семнадцать девочек, и только один из трёх доживает до совершеннолетия. Мы практически бесплодны, что связано со строением хромосомной цепочки: у большинства живых существ они соединены парами, а у нас в наборе дюжина, и для оплодотворения яйцеклетки должно совпасть не менее десятка. Такое невозможно физически, но существует. Как шмель нарушает законы аэродинамики, мы нарушаем законы генетики, только шмель не думает, почему летает, в отличие от нас. Долгая жизнь способствует размышлению, терпению и принятию даже самых горьких фактов: сидхе создали для себя сад удовольствий, гарем, в котором женщины послушны, ласковы, изобретательны в любви и способны выносить здоровое потомство, а мужчины - слишком слабы, чтобы соперничать с богами. Только боги покинули нас, и народ почти исчез. Нет, не из-за войн, которых никогда не было, не из-за эпидемий, природных катаклизмов или хищниковв. Из-за нашего своевольного светила. Триста двадцать циклов назад астроном прадеда заметил, что солнце угасает, но тревоги не поднял - мы держались обособленно от других планет, лишь позволив Европейскому планетарному союзу запустить спутник. В реестрах мы значимся как диковинка, "искусственный космический объект около звезды-хищника", и отмечены жёлтым - полёты возможны только для опытных пилотов первой категории. Ещё один сюрприз сидхе - они создали звезду, обладающую интеллектом, защищающую нас от внешних угроз. Сторожевой пёс должен отпугивать незваных гостей, а наше солнце притягивает космический мусор, чтобы ярче светить.  И теперь я, последняя в роду Платт, единственная королева за историю нашего мира, смотрю, как оно гибнет.

***

Безымянная наложница, одна из сотни, всегда дарила правителю наследника. Моё рождение подкосило отца. Думаю, на другой планете меня бы убили, но на Ксанаду стоически переносят всё, склоняясь перед силой рока. Именно тогда король Эдард отправил экстренный сигнал о помощи в Европейский планетарный союз. Рушились устои, традиции, последней каплей для него стала дочь.

   Я росла в роскоши дворца, не знала отказа ни в чём, получила надлежащее воспитание, образование. Эдард (мне сложно назвать этого человека отцом) ежедневно занимался со мной, обучая искусству управлять. Но полюбить меня он так и не смог. Я рано научилась замечать в его глазах отвращение, брезгливость, стала бояться ледяного прикосновения мягкой руки, вздрагивала от высокого голоса, звенящего, как хрустальный колокольчик. Часами простаивала у зеркала, искала и находила сходство с ним: одинаково миндалевидный разрез глаз, высокие скулы, маленький прямой нос, длинные пальцы - природа будто в насмешку создала двух настолько похожих и далёких друг от друга людей.

   Король не вынес позора. Канцлер Платт, рассказывая об этом, так и не смог поднять глаз. "У вашего батюшки слабое сердце" - я знала, это ложь. У моего батюшки сердца не было. Его нашли на мостике в саду около фонтана. Впервые я видела улыбку на чужом и гордом лице. Так, едва начав семнадцатый цикл, я взошла на престол, чтоб увидеть закат цивилизации. Подданные, слишком погружённые в печальную красоту момента, не заметили. Уход правителя стал ещё одним звеном в бесконечной цепи вероятностей.

***

Есть легенда о волшебной шкатулке, наполненной сокровищами, одновременно прекрасными и ужасными. Когда она опустеет, на дне останется самое важное - надежда. Шкатулка у меня в руках, и надежда снова с нами, ведь я видела ее, знаю её имя: капитан Джон Грайфит Чейни. Он услышал наш сигнал бедствия и прилетел, чтобы спасти Ксанаду, не побоявшись даже звезды-сторожа. Я никогда раньше не видела таких мужчин: красивых, как сидхе на древних фресках. Его улыбка сияет ярче солнца, а голос завораживает и заставляет дрожать всё внутри. Раньше мне трудно давались разговоры с незнакомцами, но с ним могу болтать часами. Не понимаю, что со мной, но мне это безумно нравится. И ему, кажется, тоже.

***

   Последнее время я живу, будто во сне. Границы реальности  осыпались, как краска со старого холста. Жизнь внезапно сжалась, как пружина, готовая рвануть куда-то. Посланник Союза, капитан Чейни, Джон, как я называю его в мыслях, пронёсся над Ксанаду подобно урагану. Он организовал временный лагерь, назначил ответственных за эвакуацию жителей, составил подробный план и заставил министров вызубрить его.  Он спокоен, как скала, и рядом с ним нет места панике.

   Его сила пугает меня, но и притягивает. Высокий, выше меня на полголовы, смуглый и черноволосый, он воплощённая энергия. Я замечаю взгляды, от которых становится горячо щекам и по коже пробегают мурашки. Иногда мне кажется, он точно так же боится меня.

   Корабли будут в течение четверти цикла. Как мало остаётся времени, чтобы всё успеть! Даже не верится, что больше не увижу это небо, башни столицы, не пройдусь по холмам в предместьях... Страх съедает меня изнутри. Я боюсь перемен, боюсь злой искры, в которую превратилось наше солнце, но больше всего боюсь задуманного. Я точно получу клеймо королевы-отступницы. Судьба ещё возьмёт своё, и цена будет велика.

   Я слышу знакомые шаги. Капитан Чейни идёт сюда. Пора!

   ***

Я счастлива, как только может быть счастлива преступница, когда её планы воплотились в жизнь. «Бру-дер-шафт», одно слово чужого языка сделало меня такой. Одно слово и один шаг. Одна мысль, один глоток, один поцелуй. Когда я наполняла бокалы, руки тряслись так, что вино едва не пролилось, он заметил это, коснулся моей ладони, и между нами словно проскочила искра. Я соблазнила Джона, и это лучшее и худшее из всего, что могло с нами произойти.

***

У всего есть начало и конец, у всего есть своя цена. Я видела, как прилетел мой возлюбленный, я видела, как он улетел. Я сполна заплатила за счастье.

Корабли-спасатели прибыли, чтобы забрать жителей Ксанаду. Девять вышли на орбиту, последний, десятый, пока оставался на космодроме. На нём должны были лететь мы с Джоном, но я не смогла покинуть свою планету, пока не загорится новое солнце.

Он легко нашёл меня, да я и не пряталась, ждала его на мостике у фонтана. Джон был очень терпелив, а его доводы разумны, но терпение кончилось, и он принялся кричать, а потом умолять меня пойти с ним. Всё проходит, прошла и ссора. Обнявшись, мы смотрели, как улетает последний корабль, и это было красиво – словно солнце всё же зажглось в гибнущем небе.

Последние три дня мы не расставались ни на минуту, полностью погружённые в нежность. Джон рассказал о доме, а я об отце, и мы простили друг другу всё. Я думала, он смирился, ведь высшее счастье - принять то, что не можешь изменить. И это стало ещё одной ошибкой - недооценивать любящего так сильно

Он, как я, не прятался. Я нашла его около корабля, мне было нужно сказать кое-что важное,  но слова замерли на губах.

- Что ты делаешь, любимый? - я впервые назвала его так.

- Ты хочешь, чтобы солнце снова сияло? Я зажгу его для тебя, Сильвея! А сейчас - уходи, здесь может быть опасно.

Я ушла, наши женщины послушны. А он улетел, чтобы зажечь новое солнце, и так и не узнал, что станет отцом.

 

Хэм зажмурился и потряс головой, укладывая прочитанное. Всё это отдавало дешёвой мелодрамой, но абсолютно соответствовало характеру мальчишки, о котором рассказывал Гомер.

- Выходите, ваше величество, - проворчал он. – Я слышу ваше дыхание.

Часть стены бесшумно отъехала в сторону, и в комнату шагнула высокая стройная женщина.

- Аудитор Эрнст Милло Хэм, - проговорила она мелодично. - Рада приветствовать вас на Ксанаду.

- Не уверен, что рады, иначе зачем устроили это? - он неопределённо взмахнул рукой.

- Я испугалась, что вы прибыли из-за Джона. Точнее, из-за того, что он устроил, ведь он не имел права, - она окончательно запуталась и посмотрела умоляюще.

- В вашем положении вредно плакать, королева, и нервничать тоже. «А ещё устраивать розыгрыши незнакомцам», - добавил он про себя.

- Я не позволю, слышите! - она повысила голос. - Ни одному планетарному Союзу не позволю оскорбить память о том, кто спас мой народ!

- Ваше величество, - Эрнст устало вздохнул. - Поверьте, им нет дела до таких мелких рыбок, как мы.

- Тогда почему вы здесь? - она нахмурилась.

- Я независимый аудитор, и получил задание выяснить в частном порядке судьбу одного пропавшего корабля. Но теперь мне всё абсолютно ясно, корабль погиб вместе с пилотом. Можно отправляться домой. Даже не хочу считать, сколько лет прошло в Иллинории, пока я мотался туда-сюда.

- Постойте, господин Хэм, - Сильвея задумчиво прикусила губу. - Вы говорите о корабле Джона?

Эрнст кивнул.

- Но он цел, стоит на площадке королевского флота. Джон выбрал корабль, построенный по чертежам сидхе и оснащённый их  же двигателем. Наверное, это было важно, - она пожала плечами. - Почему вы смеётесь?

Хэм не просто смеялся, он хохотал до боли в животе, утирая навернувшиеся слёзы.

- Простите, ваше величество! Это нервное. Я могу осмотреть РЛА?

Королева Сильвея некоторое время молчала, а потом кивнула:

- Я провожу вас лично.

 

Корабль оказался меньше, чем Эрнст представлял, внутри было тесно и пахло кофе.

- Джону очень нравился этот странный напиток, - объяснила она. - Он варил его для меня в джезве, на горячем песке, но вкус показался слишком резким.

- У кофе вкус любви, - задумчиво протянул Хэм.

Сильвея посмотрела внимательно, но промолчала.

- Вы заберёте корабль? - спросила она.

По небу плыли белые облака, и это было красиво.

- Думаю, после столкновения с разумной звездой типа ‘хищник” от него мало что осталось.

Впервые королева улыбнулась,  и стало заметно, что она очень молодая и очень уставшая.

- Мы все заслужили немного отдыха, ваше величество, - Хэм покачался с пятки на носок. - Завтра я покину Ксанаду. Спасибо за аудиенцию!

- Я приду проводить вас, аудитор, - Сильвея кивнула. - И пожелать счастливого пути.

 

Больше всего на свете Эрнст Милло Хэм ненавидел терять время впустую, поэтому весь полёт до Иллинории собирался провести в гибернации и хотя бы выспаться перед встречей с заказчиком. Сильвея, как и обещала, появилась на космодроме инкогнито в сопровождении канцлера и слуги, держащего герметичный контейнер. На крышке было изображение небольшого изящного зверька с длинным хвостом и короткой мордочкой.

- Это вам, господин Хэм. Пообещайте открыть, когда окажетесь дома. По-настоящему дома, - продолжила она, словно прочитав тайные мысли и мечты. - И желаю вам счастья!

Эрнст поклонился:

- Благодарю, ваше величество! Желаю вам… новой жизни под новым солнцем, - он улыбнулся.

- Джон словно бы знает и присматривает за нами оттуда, - она указала на небо. - Это звучит безумно?

- Я думаю, это нормально. Прощайте, ваше величество!

Прощайте, независимый аудитор! - и королева ещё долго махала ему рукой.

В тесной каюте было не развернуться, поэтому Хэм побыстрее улёгся.

- Спать собрался, крыса длинноносая? Всё разнюхал? Побежишь докладывать? - знакомый зуд в затылке дал понять, что пожаловали незваные гости.

- Хищник? Чего ты хочешь? - он устало потёр виски.

- Да взорвать бы твою глупую башку к чертям собачьим, только он против!

- Очень интересно, но ничего не понятно. О ком ты?

- О нём! Припёрся весь из себя героический, наехал, типа я, гнида такая, мир похерю! Как будто мне было дело до людишек, когда они меня бросили!

В голосе искусственного интеллекта звучала детская неприкрытая обида, и Эрнсту стало его жалко.

- Что, дядя, разнюнился? - похоже, ИИ был телепатом или как-то иначе считывал импульсы. - Врёшь! Кишка тонка, а вот он смог.

- Постой, - догадался Хэм, - ты про Джона?

- Про пижона! - передразнил ИИ. - Думаешь, мне не срать, как вы там себя называете? Сто куч на всех! Скучные, маленькие, глупые, как вошки, вечно возитесь, а ничего не делаете. Он один реально что-то смог, понимаешь? Не просто там подумал, а взял и решил - одним махом навстречу звезде, умри, но спаси. Он когда ко мне летел, я думал: «Вот умора, спалю букашку!», а потом, как почувствовал: «Раз – и загорается Солнце!», так пыльным мешком прихлопнуло, понял, его - не спалю, а вот за него…

Хищник прервался.

- Короче, мотай отсюда, пока я добрый, и его слушаю. Понятно?

- Ясно, - Эрнст прикрыл глаза. - А теперь убирайся из моей головы, спать хочу, сил нет.

- И отстебись от него, и от королевы его, и от ребёночка. Иначе…

- Иначе не спать мне до самой Иллинории? - обречённо вздохнул Хэм. - Ты же саморазвивающийся, что базаришь, как гопник? Загляни в планшет, скачай хоть парочку библиотек, заодно посмотри отчёт. Там всё чёрным по белому написано.

В голове просветлело, наверное, хищник и правда переключился, а когда вернулся, вел себя не так агрессивно.

- Ты, дядя, умно придумал. И ведь не наврал ни в чём, ваши ЕСН не раскусят.

Хэм пожал плечами:

- Спасибо.

Ладно, давай. Будешь выбирать планету, присмотрись к Ки-Уэст. Там клёвая рыбалка. И кошкам хорошо.

- Кошкам? - переспросил Хэм.

- Спи! Всё узнаешь, когда окажешься дома. По-настоящему дома. Портативный оживитель не тряси, настройки собьёшь.

Хищник исчез, на этот раз окончательно, а Эрнст, проваливаясь в сон, подумал, что теперь, когда всё закончилось, надо как-то плыть дальше самому. «Куплю планетоид, заведу кого-нибудь, будем рыбачить. А про всё это, может быть, напишу книгу. Если останется время».

 

1. Раз! И появляется Солнце («Раммштайн») (нем.)
2. Кап, каплюжник – полицейский в переводе с офенского языка
3. Печаль, беда в переводе с офенского языка
4. Торговец в переводе с офенского языка
5. Товар в переводе с офенского языка
6. За рыбой в переводе с офенского языка
7. Разбойник в переводе с офенского языка
8. «Что за мужик, зятёк?» -  в переводе с офенского языка
9. « Это большой начальник из центра, покупает новости, платит настоящую цену» в переводе с офенского языка
10. Дом в переводе с офенского языка
11. «Будьте здоровы!» - в переводе с греческого языка
12. Гость в переводе с офенского языка
13. «Что там?» - в переводе с офенского языка
14. Глаз в переводе с офенского языка
15. «Честная цена» - в переводе с офенского языка
16. Корабли в переводе с офенского языка
17. Рыбачу в переводе с офенского языка
18. Без труда не вытащишь и рыбку из пруда
19. «Он знает?» - в переводе с офенского языка
20. « Расскажи ему» - в переводе с офенского языка
21. дочке
22. Сынком в переводе с офенского языка
23. Украли в переводе с офенского языка
24. Украл и сбежал в переводе с офенского языка
25. Мужика в переводе с офенского языка
26. Долг в переводе с офенского языка
27. Служанку в переводе с офенского языка
28. Грудь в переводе с офенского языка
29. «Кто не работает, тот не ест», - в переводе с офенского языка