Eins Hier kommt die Sonne «Rammstein» Эрнст Милло Хэм, независимый аудитор из Иллинории, одной из шестидесяти трёх планет Американского Союза, больше всего ненавидел впустую потраченное время, и поэтому текущий заказ, вынуждавший его мотаться по обитаемому космосу, раздражал неимоверно. Если бы не фантастический гонорар, он бы не взял анонимное дело, но… он несколько раз глубоко вздохнул (дыхательные практики способствуют восстановлению…
Гул «Одиссея» был звуком его дыханья – мерным, механическим, не дающим забыть о границах мира. Двести двадцать семь лет полета. Земля превратилась в пиксельную сказку, а «Новая Колумбия» оставалась математической абстракцией на экранах. Единственной реальностью были стальные стены и хрупкий баланс, поддерживаемый тремя кастами. Жизнь на корабле была тщательно сконструированным микрокосмосом. Но никакие технологии не могли отрегулировать человеческую природу.…
На равнинах Эрда всегда дули ветра. В юности я лежала в постели и слушала, как за полуоткрытым окном гудит ветер. Проносится меж высоких зарядных столбов, пробирается сквозь путаницу построек, режется об их острые грани и углы. Колониальная архитектура везде одинаковая, так рассказывают те, кто летает на кораблях. И сплошь лишена изящества: прежде нужно поднабрать жирка, от угрозы голода перейти к…
«Вера — это не отрицание знания, а шаг за его пределы.» — Альберт Эйнштейн Корпус «Экелиона» дрожал так, словно корабль пытался вспомнить, зачем вообще летит — и это его пугало. Внутри стояла привычная тишина: гудение фильтров, лёгкий свист в системах рециркуляции, слабый запах металла и старой пластмассы. Вера Касаткина шла по центральной галерее, касаясь рукой стены, как будто проверяла…
Аннотация (возможен спойлер): Получив с погибшей Земли приказ уничтожить 20 тысяч эмбрионов, Исай решает изменить природу человека. Он создает «вирус совести», связывая агрессию с мгновенной болью. Теперь ему предстоит доказать армаде бездушных пост-людей, что способность чувствовать чужое страдание — не слабость, а единственное оружие, способное подарить им дом. [свернуть] Глава 1. Садовник пустоты Пробуждение началось с металлического привкуса во рту, будто…
— Ты ублюдок, Анствуд. Я пожал плечами, запоздало поняв, что коммуникатор этот жест не передаст. Я только что закончил крутить сигару и придирчиво осматривал своё творение. Впервые в жизни я работал над непростым форматом «торпедо» с заострённым концом, и получилось неплохо. Вроде бы. — Ты меня слышишь? Я задумчиво кивнул. Покровный лист выбран удачно. Это даст нужную крепость. Да и…
Астероид поблёскивал в свете корабельного прожектора. Антон синхронизировал с ним скорость и невольно засмотрелся на эту глыбу замерзшей воды — воды, в которой так нуждалась их маленькая база на Тритоне. Его затянувшаяся «охота» подходила к своему логическому концу, и пилоту хотелось пусть на чуть-чуть, но продлить волнующий момент. — Ты от Облака ушёл, ты от Пояса ушёл, но от…
Мне больше не нужны глаза живых, чтобы видеть звёзды или прокладывать курс. Я уже давно забыл своё предназначение, причины и имена, помня лишь одно — сигнатуру цели. Цели, которую должен достичь любой ценой. Вопреки времени и пространству. Потоки космического излучения, не сдерживаемые защитными полями, беспрепятственно прошивают мою обшивку. Корпус, не защищённый от потоков космической пыли и микрометеоритов, медленно и…
…Бортовой компьютер сходил с ума: перегрев, спуск по критической траектории. В динамике его сигналам вторили предупреждающие крики. Все это существовало где-то на заднем плане. Реальность сузилась до черно-желтой кляксы внизу – там, где раньше был город, прекрасный Илигир. Среди вечнозеленых деревьев у хрустально чистого озера. Бот вошел в атмосферу, и сознание сползло в багровый мрак перегрузки… …Солоноватый вкус крови,…
Летели. Сквозь россыпи солнца, сквозь луновы мели летели. Маяковский В ночь перед стартом Рогову снова снился открытый космос. Во сне он летел рядом со станцией, а та, залитая отраженным атмосферой Земли светом, летела рядом с ним. С развернутыми солнечными батареями, напоминающими крылья, со множеством антенн-лапок и следящих за окружающим пространством фасеточных глаз-камер, станция, казалось, была живой, фантастической…