Гришка Разлапов, в очередной раз провалившись в топь по пояс, в очередной раз проклял свою безрассудность и капризность Матрёны, которая без зазрения совести отправила его в дальний и опасный путь. И было бы зачем, по делу, а то… Так, блажь девичья. Хочу, мол, смартафоню, чтоб показывала, где что происходит, и чтобы цветочки и зверюшек фоткать. Вспомнив суженую и красоту её…
20 августа 2999г., на объекте Последний рабочий день перед отпуском всё никак не заканчивался – тянулся, словно жёваная резина. Егор от души во всю пасть зевнул. И тут же вскочил – не хватало уснуть на посту. Вывалился из будки, потащился в обход по периметру, вдоль барьера. Одно название что барьер: «колючка» высотой всего в пять метров. Смех! Перепрыгнуть – как…
5 Единица устала: мы видим это в кривой цепочке следов на снегу, слышим в надсадном дыхании, читаем в цифрах её синхро-индекса. Поддавшись панике, как и всякий инди, она лишь приближает свой конец. Мы движемся следом. Слышим её несвязное бормотание. Мы её видим. Снежная буря, что поднялась ещё ночью, удобно скрывает нас от её глаз. Но спешить незачем: единица заблудилась. Впрочем,…
Крепкий мужчина с проседью на висках заёрзал на стуле, устраиваясь поудобнее. Он убрал руки в карманы, пытаясь спрятать холодный блеск медицинского никеля, нервно облизнул губы и скользнул взглядом по пустоте помещения, словно нарочно не желая смотреть в глаза своему собеседнику. Тот же нетерпеливо щёлкнул длинными бледными пальцами и холодно произнёс: — Так зачем вы к нам обратились, Фрэнсис?…
Осталось додумать последнюю мысль. Осталось написать последний текст. Осталось завершить существование вида Homo Perfectus. Это знал каждый из квадрагинтиллионов человек во всей Вселенной. В Великом Плане осталось только три незачеркнутых пункта. Отдавая честь древним традициям, последний текст, который все окрестили «Исповедь Человечества», писали ночью, всего лишь одну двенадцатую общего Временного Цикла. И синхронные мысли всех людей начали проступать на смоделированном…
— Порой мне кажется, что мы спим и никак не можем проснуться, — говорит Герда. В сто два биологических года – возраст этого, последнего своего тела – она все еще удивительно красива. Ее совершенно белые, легкие, как пух, волосы обрамляют большеглазое треугольное лицо с резкими, словно высеченными скульптором-конструктивистом, чертами. Морщинки едва тронули алебастр кожи в уголках глаз…
Вертолёт облетел очередную гору, и пассажирам открылся вид на водопад. – Красиво здесь: горы, водопады, джунгли. Хотя всё равно не понимаю, зачем вы создали лабораторию именно в Тайване? – спросил белый мужчина в костюме и чёрных очках. – На всякий случай. Чтобы в будущем никакие бюрократические формальности не мешали и не возникло проблем с законом. Ну, вы знаете, все эти…
Аннотация (возможен спойлер): Закредитованная по самые кибергланды стахановка пытается пережить любовную травму, нанесенную биоником-альфонсом, и испытывает теплые чувства к своему психотерапевту-натуралу. Но Киберпрестольная слезам не верит [свернуть] – Дзынь! – тренькает планшет «асоциального» мониторинга, и сразу же включается основной свет «умного дома», резкий, холодный и неотвратимый, как судебная санкция. Следом приходит очередное сообщение. Нет, не хочу сейчас на исповедь к духовнику!…
– Доннерветтер! Либо заходи, либо закрой дверь с той стороны! – оберштурмбанфюрер Отто Штайнмахер в ярости стукнул кулаком по столу, смешав карты несложившегося пасьянса. В последние две недели у него было отвратительное настроение. Ещё бы: две недели без сигарет и четыре дня без пива! И всё это из-за проклятых янки, самолёты которых подозрительно часто стали летать над Новой Швабией, а…
В гостиную резиденции, по ходу набрасывая на плечи палантин из белого меха, вошла статная немолодая женщина. Волосы цвета сухой травы обрамляли усталое лицо с мягкими чертами и воспалёнными светло-серыми глазами. Она сильно недосыпала уже много дней. Стоявший возле низкого столика жилистый брюнет раздражённо бросил ей: – Анна, ты не сможешь поднять на него руку. Это мой лучший друг и твой…